Ахтубинск - старый и молодой
 

Дома и люди

Дома и люди

Многое меняется на наших глазах. Незаметно вначале, а потом вдруг совершенно ясно видишь: то, что было незыблемым еще вчера, и, казалось, будет вечным, сегодня осталось только в памяти. А потом и тех, в чьей памяти жили эти воспоминания, не стало на земле. Поэтому особенно ценны воспоминания старожилов, пусть даже отрывочные, которые позволяют потомкам составить представление о том, какой была слобода Владимировы когда-то. Тем более что некоторые старинные здания сохранились до сих пор. Так они и стоят на ахтубинских улочках, и, глядя на них, зримо, явственно ощущаешь - "Прошлое выходит из тьмы веков, разрешая догадаться, а как тут раньше было, пронизывал все собою". Так очень точно сказала писатель Людмила Петрушевская. Самые ранние воспоминания о слободе, найденные в фондах краеведческого музея, сообщают: первые поселенцы строились на песках - на так называемом Собачьем бугре, где нынче вырос дачный поселок. Но половодье, бурные в то время разливы реки постепенно размывали берег, и небольшие улицы съезжали с места. Со временем они совсем были смыты...

К 1878 году во Владимировке уже появилось немало хороших, добротных зданий - они, в основном, принадлежали купечеству и духовенству.

Улица Пушкина, 14 (на пересечении с Пролетарской). Это сохранившийся доныне (правда, в реконструированном виде) дом купца Решетникова. Строили его в два этажа. На верхнем, жил сам купец с семьей, на .первом располагалась бакалейная лавка. Во дворе находились еще две торговые точки - керосиновая лавка и лавка, где торговали зерном.

Пролетарская, 71. Красивый, высокий деревянный двухэтажный дом, до сих пор не потерявший своей стати. Он принадлежал владельцу мельницы Беляеву. Строился не здесь, а был в разобранном виде перевезен во Владимирову из Пологого Займища. Беляевы жили хорошо, мололи муку на их мельнице не только владимировцы, но и сельчане из окрестных сел.

В годы коллективизации мельницу у Беляева отобрали. Но из дома семью не выселили, оставив несколько комнат - а остальную же площадь немного позже заняла малярийная станция. Она находилась здесь в годы те, а сноха, Ольга Ивановна, жила в этом доме до 1957 года. Потом дом продали другим владельцам.

Пролетарская, 64. Здесь находился дом известного всей слободе кузнеца Федора Кирносова. Рядом, за углом, на Саратовской улице стояла его кузница. Дом цел и поныне - только обложен кирпичом. Целы и многие изделия, кованные Федором Семеновичем: во дворе его внучки, Алевтины Николаевны, и крючки на калитке, и ручки-скобы, и печная дверца - дедо¬вой работы. В годы коллективизации Федор Кирносов первым вступил в колхоз «Заря». А сын кузнеца, Николай Кирносов, обучившись на курсах механизаторов, стал в «Заре» лучшим трактористом, и первую борозду на колхозной пашне было доверено проложить именно ему. Затем выдвинули Николая на комсомольскую работу. Женился он на приезжей девушке, присланной во Владимировку работать фельдшером после окончания Астраханского медицинского училища - Анне Григорьевне Журавлевой. Ее помнит не одно поколение ахтубинских ребятишек – долго работала она медсестрой в детской консультации. "Когда Николай и Анна поженились, жили у Федора Семеновича, а уже после задумали строиться, да места не могли подобрать. И тогда старый кузнец Федор разделил свой двор на две части и велел сыну рядом строиться - чтобы всем быть близко друг к другу. Ну а родившаяся у молодых дочь Аля и по сей день живет на дедушкиной земле.
В годы Великой Отечественной, несмотря на преклонный возраст, кузнец Федор уехал в Сталинград: стал участником трудфронта - работал на тракторном заводе, чинил танки, различное оружие, помогал, чем мог, бойцам. Внучка его, Алевтина Николаевна, до сих пор помнит, как прощался с семьей дедушка. «Собрал он всю семью вместе в горнице. Даже нас, несмышленышей, позвал. Сыновей у него было пятеро. Двое в ту пору уже воевали (мой отец тоже). Остальным он так сказал: «Я ухожу на войну. Всякое может быть. Не вернусь - беспрекословно слушаться мать и Нюсю (сноху, А.Г. Журавлеву). В моем дворе чтоб никогда позора не было - ни пьянства, ни мата, ни лодырей. Если что будет подобное - с того света прокляну».
Всё дети и внуки кузнеца Федора выполнили его наказ - честно жили и много трудились.


Улица Пролетарская, 84. Дом, стоящий на пересечении Пролетарской и Чкалова, имеет не менее богатую историю. Когда-то на месте парка по ул. Чкалова стояла церковь. А в доме напротив жил священник отец Иван со своей семьей.

Церковь эта, как вспоминают старожилы, горела. А потом подверглась разрушению. Та же Алевтина Николаевна сказала нам интересную вещь: «Во время войны мы с мамой жили на частной квартире, у Поповичевых, в кухне по улице Ленина. Хорошо помню, что потолок и пол этой кухни были сделаны из... икон достаточно большого размера. Говорили, что таким образом кто-то из служителей церкви пытался сохранить иконостас той самой церкви. Дом и двор этот целы и сейчас - 82 номер по улице Ленина, кухня же была разобрана, и дальнейшая судьба икон неизвестна».
Улица Чкалова, 3 (на пересечении с улицей Фрунзе). Здесь стоял дом известного в слободе купца Ивана Заволженского. Место это знакомо многим. Долгие годы тут находилась сберкасса.
Вот только не удалось нам выяснить - купеческий ли дом под нее заняли, или, разломав, построил другое здание, которое цело и поныне.

На нынешней улице Кирова у 3аволженского был еще один дом. Он мог себе это позволить, поскольку самолично занимался сплавом и торговлей лесом.

Ну, а лавки его торговые - рыбные да мануфактурные - славились далеко, не только в слободе. В лавке купца Заволженского расположена и наша типография.
Далее, по улице Фрунзе жили братья Шияновы. Доподлинно - где, установить нам не удалось. Говорят только, что дома братьев стояли напротив друг друга. Они не были купцами, но числились в зажиточных людях. Свое благосостояние нажили, трудясь, не покладая рук, на земле - занимались сельским хозяйством.

Другие братья, Сафроновы, тоже разводили скот, ловили и продавали рыбу, растили хлеб. Их дома сохранились - ул. Ленина 70-72.

В другой стороне слободы, на нынешней улице Шубина, 131 жила многочисленная семья купца Григория Евтушенко. В этом здании находится теперь краеведческий музей. Рядом был его магазин. Кроме торговли в лавках, члены его семьи занимались сельским хозяйством. Очень много работали и «сколотили» приличное по тем временам состояние.
Нравы в слободе были очень строгие: на базарной площади в центре слободы собирались сходы, где решались важные вопросы. Например, выборы слободского старосты проходили именно здесь. В первую очередь говорили о том, какая у него семья, как воспитаны дети (сыновья не должны были пить спиртного, курить, а уж если девушку увидели курящей или непотребно себя ведущей - семья считалась опозоренной, неблагополучной). На должность старосты выбрался человек, у которого в семье царили мир и порядок, все труди¬лись. В противном же случае люди говорили: «Как он может слободой управлять, когда собственной семье ума не даст?» И еще один штрих из жизни слободы, на наш взгляд, интересный: базарная площадь ломилась от товаров - съестного и промышленной группы. Все хорошего качества. Вместе с русскими лавочниками здесь торговали невесть откуда взявшиеся... китайцы. Ходовым товаром у них были яркие бумажные игрушки, веера и красивые вышитые платки.


Материал собирали: А. БИРЮКОВА, жительница ул. Пролетарской, Н. ГАЙДУКОВА, инспектор по охране памятников и исторических мест Управления культуры и 3. ХУСАНОВА, корр. «Ахтубинской правды»

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ФОНД ПОДГОТОВКИ КАДРОВ. ИНФОРМАТИЗАЦИЯ СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ.
Сайт сделан по технологии "Конструктор школьных сайтов".